Мазохизм в сексе и обществе

"Рейк, без сомнения, лучший из всех, кто сегодня пишет о психоанализе"

Джон Доллард, "Нью Йорк Таймс Бук Ревю"

"С того момента, как в 1939 году умер Фрейд, Теодор Рейк пользуется широким и заслуженным авторитетом как продолжатель работы и исследований великого психоаналитика. Один из самых первых и блестящих учеников Фрейда, он читал
лекции в психоаналитическом институте Вены, Берлина и Гааги. Его книги о любви и наслаждении, криминологии, мифе, ритуалах и иных вопросах – одни из самых популярнейших в психоаналитической литературе"

"Это – полное и подробнейшее изучение перверсии с точки зрения психоанализа… Оно проливает новый свет на старые и казалось бы, хорошо известные факты.., глубоко проникая в субъекта и широко исследуя его внутренний мир своим возвышенным взором и блестящим суждением…"  

Доктор Ганс Закс

Книга, которую Вы держите в руках — одно из тех фундаментальных исследований, про перевод которых на русский язык приходится сказать: "Лучше поздно, чем никогда". Изданная Т. Рейком в эмиграции в Америке в 1941 году, а затем, в 1977 году, в дополненном виде вошедшая в немецкоязычную монографию "Из страдания — радость. Мазохизм и общество" (Гамбург, 1977), эта книга стала важным шагом в понимании феномена мазохизма.

Влияние работы Рейка выходит за пределы одного лишь психоанализа. Так, например, исследование Т. Рейка оказалось важным для французского философа Жиля Делёза, который в своём "Представлении Захер-Мазоха" [ Захер-Мазох Л., Делёз Ж., Фрейд З. Венера в мехах. Представление Захер-Мазоха. Работы о мазохизме. М.: Культура, 1992.], обращаясь к жизни и художественным произведениям писателя, чьим именем был назван мазохизм, отстаивает мысль о принципиальной разнородности феноменов садизма и мазохизма и невозможности их объединения в единый феномен садомазохизма.
Мы не станем пересказывать здесь содержание книги, предоставив читателю возможность самостоятельно ознакомиться с этим замечательным трудом. Остановимся лишь на том, что, на наш взгляд, заслуживает проблематизирующего обсуждения.

Прежде всего, нам представляется важным сказать о той мазохистской подоплёке, которую Т. Рейк обнаруживает в явлениях христианской аскезы и христианского мученичества. Мученик, согласно Рейку, желает не страдать, а возвыситься над своими мучителями и торжествовать над ними, чего он и достигает, но — ценой собственной жизни. Аскет, по мысли Рейка, желает не страдать, но наслаждаться — после смерти, и потому избирает страдать в этой жизни, высокомерно презирая её радости. Высокомерие и несгибаемая воля — главные отличительные черты этих рейковских персонажей (равно как и любого мазохиста).

Рейк раскрывает психологию этих персонажей детально и точно. Усомниться можно лишь в одном: действительно ли речь идёт о христианском мученике и христианском аскете. Ответить на этот вопрос следует отрицательно, если иметь ввиду собственный смысл христианства, не искажённый грубыми смысловыми подменами, нередко имевшими и имеющими место в "христианском мире". То, что это именно так, можно увидеть, обратившись, в частности, к работам Сёрена Кьеркегора — мыслителя, чутко и точно высвечивающего такие смысловые подмены. "Мученичество", о котором пишет Рейк, это та "жуткая строптивая выходка" [Кьеркегор С. Два малых этико-религиозных трактата // Кьеркегор С. Евангелие страданий: сборник / Пер. с дат. А. Лызлова. М.: АСТ, 2023. С. 534.], разыгрываемая "демоническим", о возможности которой говорит Кьеркегор в первом из своих "Двух малых этико-религиозных трактатов", носящем выразительное название "Имеет ли право человек пожертвовать собой и быть убит ради истины?" и выразительно раскрывающему мотивацию истинного христианского мученичества, в корне отличного от этого его "демонического" двойника.

И "аскет", о котором пишет Рейк, это человек, в жизни которого, как пишет Кьеркегор, временное и вечное оказываются разделены[ Кьеркегор С. Полевая лилия и птица небесная // Кьеркегор С. Евангелие страданий: сборник / Пер. с дат. А. Лызлова. М.: АСТ, 2023. С. 207.]; ему неведомо то, что Кьеркегор называет "мгновением" — эта единица одновременно временного и вечного. В этом он сходен с обывателем, принципиально отличаясь от него лишь тем, что обыватель предаётся "временным" вещам и отворачивается от "вечного", а такой "аскет" высокомерно презирает и "временное", и обывателя, ради того, чтобы горделиво торжествовать — как он думает — в "вечном". И, если использовать кьеркегоровский язык, такой "аскет" также "демоничен".

Демоническое, как определяет его Кьеркегор, — это "закрытое и несвободно открываемое"[ Кьеркегор С. Понятие страха / Пер. с дат. Н.В. Исаевой, С.А. Исаева. М.: Академический проект, 2014. С. 149.]. При этом "закрытый" в смысле Кьеркегора человек закрывается прежде всего от непредрешаемой самим этим человеком затронутости кем-то или чем-то другим. Именно это и показывает нам Рейк как фундаментальную черту мазохизма: мазохист включает страдание, которое изначально затрагивает его помимо его воли, в своеобразный жизненный спектакль, режиссёром которого оказывается он сам. Тем самым, страдание, скажем так, апроприируется мазохистом, становясь для него уже не чем-то вторгающимся в его жизнь "извне", но "промежуточным пунктом" на организуемом самим мазохистом пути к удовольствию.

Обсуждение мазохизма как варианта "закрытости" в кьеркегоровском смысле позволяет обнаружить возможность рассмотреть это явление в контексте измерения закрытость-открытость — измерения, для раскрытия которого язык психоанализа оказывается, на наш взгляд, недостаточен. О кьеркегоровском понимании закрытости мы сказали выше.

Открытость же понимается им как открытость для личной встречи с другим — такой, когда я оказываюсь — непредрешённо с моей стороны — затронут другим как "ты" и лично отвечаю ему как "ты". Такая открытость, как показывает Кьеркегор, может быть только открытостью любви [ См. прежде всего Kierkegaard S. Works of Love. Princeton: Princeton University Press, 1998.]

Закрытость, в том числе, в форме мазохизма, может быть тогда осмыслена как не-осуществление человеком возможности любить — возможности, которая имеет фундаментальное значение для человеческого существования. Стоит заметить, что и З. Фрейд в качестве отличительных характеристик психического здоровья указывал на способность человека любить и работать. Однако, на наш взгляд, язык Кьеркегора позволяет дать более полное осмысление феномена любви, чем язык психоанализа.
Поскольку проблематика закрытости-открытости приходит от Кьеркегора к Хайдеггеру, можно было бы ожидать, что в терапевтической практике, напрямую укоренённой в хайдеггеровской философии — в дазайн-анализе М. Босса — мазохизм будет рассматриваться как вариант не-осущестления возможности любить, а терапия мазохизма будет строиться в ориентации на такое его понимание. Именно это мы и видим, читая книгу М. Босса, посвященную сексуальным перверсиям [Boss M. Sinn und Gehalt der sexuellen Perversionnen/ Ein daseinanalytischer Beitrag zur Psychopatologie des Phänomens der Liebe. Frankfurt am Mein: Fischer, 2017.]

Однако то, что дазайн-аналитический язык даёт, на наш взгляд, дополнительные возможности, важные для осмысления феномена мазохизма и выстраивания терапевтической работы с мазохистами, не лишает исследование Т. Рейка его собственной ценности. Книга будет интересна не только психоаналитикам и практикующим психологам других направлений, но и всякому культурному человеку, желающему лучше понять феномен, который — особенно, в форме "морального мазохизма" — не так уж редко встречается в нашей жизни.

Алексей Лызлов

---

Содержание

Предисловие

Введение
Глава I. Взгляды Фрейда
Моральный мазохизм
Фемининный мазохизм
Эротогенный мазохизм
Концепция происхождения мазохизма по Фрейду

Часть II. Явление мазохизма
Глава II. Видимый парадокс мазохизма
Представленные примеры
Глава III. Основные особенности
Особое значение фантазии
Глава IV. Фактор подвешенности
Глава V. Качество демонстративности
Глава VI. Фактор провокативности

Часть III. Динамика
Глава VII. Психические процессы
Между удовольствием и тревогой
Глава VIII. Нетерпеливость настойчивости
Глава IX. Бегство вперёд
Глава X. Предвкушение
Глава XI. Тайный смысл публичного проявления
Глава XII. Презентация с помощью противопоставления и с помощью преувеличения

Часть IV. Первоистоки
Глава XIII. Происхождение мазохизма от фантазии
Промежуточная фаза
Глава XIV. Теория Фрейда и собственное мнение

Часть V. Гендер
Глава XV. Отношение к фемининности
Глава XVI. Мазохизм женщины

Часть VI. Выигрыш эго
Глава XVII. Задетое самолюбие и гордость
Глава XVIII. Предчувствие реабилитации
Глава XIX. Успокоиться и оглянуться назад

Часть VII. Социальные формы
Глава XX. Социальный мазохизм
Сновидение – возможная жизнь
Глава XXI. Ориентация на новой территории
Глава XXII. Ближняя и дальняя цель
Глава XXIII. Самая дальняя цель
Глава XXIV. Парадоксы Христа
Глава XXV. Мученик и мазохист – противоречия общих черт
Глава XXVI. Вид с вершины

Часть VIII. Культуральные аспекты
Глава XXVII. Маргинальные проблемы
Отношения к неврозу
Глава XXVIII. Культура, страдание и стремление к страданию
Глава XXIX. Сбор остатков
Глава XXX. Победа с помощью поражения